Альманах «Российский колокол» № 4 - Альманах Российский колокол

Аналитические статьи на сельскохозяйственную тему печатались в газетах «Правда», «Советская Россия», «Белгородская правда», «Победа», «Крестьянская Русь» (Россия) и «Слово коммуниста».

Мелания

Жила в XIX веке в нашем селе девица Мелания (по-сельски – Меланья, Малашка и Маланья). Эту Меланию Бог наделил такой красотой, что она чуть ли не свела с ума всех висловских мужиков, от мала до велика. При встрече с ней молодые не видели, куда ступали, потому как, разинув рты, смотрели только на Меланию, а женатые мужики, завидев свою односельчанку, начинали чувствовать, как их бросает в дрожь, а сердце готово было выскочить из груди, прямо сквозь рубаху. Старики же глубоко вздыхали и, почесав затылок или бороду, качали облезлыми головами и сожалели о том, что слишком рано родились. Однако одного мужики не могли понять: Мелания была одна, а их много. Все равно ее на всех не хватило бы.

Как вели себя висловские женщины? А чисто по-бабьи.

«И чего это ей одной?» – думали одни.

«Надо ж… Малашке все, а мне… Хоть бы глазки, как у ей, – думали другие. – И ушки тоже».

«Ничего. Дураку достанисси, от твоей красоты одна шкурка сморшанная останется», – мыслили третьи.

«Посляй пятого детенка титьки не будут задираться к носу. А то и-иш-ш! Кандибобером торчат», – провожая взглядом, думали те, кто не успел быть первым или вторым завистником и критиканом.

Однажды, увидев проходившую мимо Меланию, стоявшие у колодца три замужние односельчанки отреагировали по-своему.

– Ха! Ох, ночь у мене ныня будя, бабы, – проговорила плотная розовощекая молодица, опираясь на коромысло. – Мой, как увидя Малашку, три ночи мне потом спать не давая. Разов по пять. Ха-ха! Пушшай хоть весь день у его перед носом крутится.

– А мой, паразит, спать потом лезя на потолок или в сарае зли коровы на соломе мерзня, – засмеялась ее соседка, поправляя платок на голове. – Тошно яму со мною.

– И что у ей, у Малашки-то, хорошего? Ночью мы все однаковы, – отозвалась третья.

– Да она ишо бестолковая, – успокоила своих подруг первая. – Тялушечка. Я, можа, лучше умею.

Как видите, каждый на красоту Мелании реагировал по-своему. И все ж таки красива была наша односельчанка, если более ста лет помнят о ней люди.

Однако не все в мире хорошо и справедливо. Если Меланию природа наградила невиданной ранее в селе красотой, то ее сестре досталась сметья сусеков. И чего бы красоту Мелании не разделить на обеих? Девки были бы – загляденье.

Не удалась ее сестрица лицом. В общем, не засылали сватов за этой девкой. Вот Малашку хотели все. Каждую неделю в их усадьбе ржали чужие лошади. Всем нужна была Мелания, а вот сестрица…

Плакала она, глядя на то, как Мелания отказывает одному жениху за другим. Матрена (так нарекли сестру Мелании) согласна была стать женой любого из тех, кто побывал у них в доме. Мать тоже вытирала слезы. Жалко ей было дочь… Но что поделаешь. Лик не нарисуешь. Что Бог дал, то и есть.

А вот душа у Матрены была добрая. И рукодельница была она, и работящая. Прясть, ткать, хоть что сшить. А что сготовит – так и мать не могла сделать лучше. Ну, не за одно это брали в жены.

Был уже октябрь. Близился ноябрь, а там и зима. Теперь каждую неделю будут звенеть колокольцы на свадебных убранствах лошадей. Осень и зима – самые свадебные. Одним хотелось, чтобы к лету была в доме дополнительная работница, другие же старались выдать девку, хоть и лили слезы.

В один из дней ко двору, где жила Мелания, подкатили на красивой лошади, которая никак не хотела стоять на месте. Все пританцовывала, фыркала и крутила головой с роскошной гривой. Была лошадь вся в яблоках, хвост длинный, расчесанный, а в гриву были вплетены разноцветные ленты.

Приехавшие были из другого села. Двор барышников. В скрипучих сапогах по скрипучим ступенькам гости прошли в хату в сопровождении хозяина дома и хозяйки.

Я не буду описывать, как шли разговоры, кто где сидел и кто ходил. Скажу одно… Опять приехали за Меланией. Хозяева долго не соглашались. Особенно мать. Ей хотелось отдать Матрену. Не сидеть же ей в девках всю жизнь. Уже и детей пора рожать. Но сватам не скажешь, чтобы брали вот эту, а не вот ту. Они выбирают. Мелании тоже не хотелось ехать в чужое село, тем более у нее в нашем селе была сердечная боль и тоска, из-за которой красавица плакала в подушку по ночам.

Однако прибывшие не поняли родителей невест. Даже слезы красавицы не помогли. Не выдержал в конце самого длинного разговора отец Мелании. Наверное, ему уже надоели все эти приезды и отъезды. Его лицо начало покрываться пятнами.

– Все! Хватя! Будя! – крикнул он на Меланию и на всю женскую половину. – Вытри нос, утри слезы! Поедешь туда, куда я скажу. Надоели мне ваши «хочу – не хочу»! Я жалаю зиму отдыхать, а не кланиться кажнай день. Малашка! Не ряви! Слюбится. Вон на мать свою погляди и спроси, как она замуж выходила! Слез цельную лоханку налила, а глянь, каких девок сляпали.

Свадьбу решили играть в ноябре, как только выпадет снег. Вот та-ак. Красавицам тоже не везет. Почти месяц готовились к дню, когда поедут в церковь. У Мелании и у ее сестры глаза не высыхали от слез. Носы растерли до красноты. Сон пропал. Из рук все валилось. Но… Отец сказал.

Крестная Мелании и тетушка сестер все шушукались да вздыхали. Крестились на образа да клали поклоны до самого пола. Они за месяц на коленях простояли перед иконами больше, чем ходили. Грустно и тяжко им было. Камень лежал на их душах, который сдвинуть могли только они.

Матрена? Та из-за печи не вылезала. Там был помост, на котором все время проводила самая старшая их двора – баба Устиния. Там и ее внучка нашла приют и утешение.

Ко двору приезжали на лошадях, и приходили висловские девки и парни – одногодки и чуть старше. Вызовут Меланию, постоят у ворот, поговорят о своем молодом и разойдутся. Подруги ж заходили в избу и много времени проводили с сестрами. Всем было грустно оттого, что не будет больше в селе Мелании. Двор, куда должна была уйти висловская красавица, не нравился селянам.

– Неужто нам в селе не нужна красивая ребятня? – удивлялись односельчане, – И чего это Назар согласился отдать Малашку да ишо и этому барышнику?

И по селу прошел слух, что Мелания хочет сбежать